21:54 

DA2 Act4: Justice

Rabastanka
На ботах шпорами бряцая, на бал ввалился государь
Название: DA2 Act4: Justice
Автор: Rattsu
Переводчик: Rabastanka aka Redhat
Бета: Trishka
Ссылка на оригинал: здесь
Разрешение на перевод: получено
Категория: Dragon Age 2
Рейтинг: R
Персонажи и пейринги: м!Хоук/Андерс, Изабелла, Фенрис
Жанр: slash, drama, adventure
Размер: макси
Аннотация: После битвы в Казематах Хоук и Андерс бегут из Киркволла на корабле Изабеллы, стараясь справиться с исходом своих решений. Динамичная история любви и приключений, ставшая романом.
Предупреждения: слэш, сцены откровенной жестокости и секса, ненормативная лексика в небольшом количестве.
От переводчика: Автор перевода играет в английскую версию ДЭ2, поэтому может напутать с игровыми терминами. Если обнаружатся подобные ошибки, буду благодарна за помощь!
Статус: закончен
Статус перевода: в процессе

Главы 1-3, Главы 4, 5, Главы 6, 7


Сознание возвращалось медленно, как непрошенный гость; благостное забытье сменилось болезненным пониманием происходящего. Хоук со стоном повернулся на постели — она была достаточно мягкая, но сейчас сам факт существования прожигал его болью.
— Ты страдаешь от обморожения, — сообщил низкий женский голос. Разбойник с трудом открыл глаза и заморгал, как застигнутая рассветом сова.
— Если мне кажется, что пальцы вот-вот отвалятся, значит на самом деле это не так? — Хоук надеялся на это всей душой. Будь у него выбор между пальцами и жизнью, он бы еще поспорил, что важнее. Он слишком полагался на свои руки.
— Необратимых последствий не будет, — заверила женщина-кунари, поерзав на своем стуле. Похоже, она давно сидела тут, ожидая, пока Хоук проснется.
— Слава Создателю, — ответил разбойник; он откинулся обратно на постель и внимательнее посмотрел на женщину. Она была такого же роста, как кунари-мужчины — по крайней мере те, которых Хоук повидал на своем веку — и лишь немного стройнее их. Рога скручивались назад изящными изгибами, глаза прятались в тени выдающихся лобных костей, лицо было непроницаемо, как и у всех кунари. Разбойник огляделся: судя по всему, он находился не в тюремной камере. На открытом окне не было решетки, сам он не был привязан к постели, а его кинжалы лежали на столике рядом с кроватью. Не то чтоб Хоук собирался сбежать отсюда в ближайшее время, но было приятно иметь под рукой оружие. Без кинжалов он чувствовал себя неуютно: с ними было связано слишком много воспоминаний.
Значит, он остался жив… понадобилось немного времени, чтобы полностью осознать это. Хоук вправду не надеялся на такой исход, особенно после того, как Андерс признался, что совершенно опустошен. Маг истратил последнюю ману на то, чтобы укрепить льдину, и вскоре после этого потерял сознание. Наверное, их выбросило на берег… Хоук смутно помнил, как пытался заставить Андерса дышать… Андерс!
— Что с человеком, которого вы нашли вместе со мной? — еле сдерживаясь, спросил он; на самом деле хотелось схватить женщину за рога и орать ей прямо в лицо. Кунари ненавидели магию сильнее, чем храмовники, и, не раздумывая, убивали неуправляемых магов.
— Он в безопасном месте, — не сводя с Хоука глаз, молвила женщина.
— Хорошо, — ответил тот, выдерживая пристальный взгляд. От Хоука не ускользнуло то, что она сказала «в безопасном месте», а не просто «в безопасности».
— Вот что стоит обсудить: как вы оказались на нашей земле? — Женщина задала вопрос «в лоб», совсем как Аришок, пусть и облекла его в более дипломатичную форму.
— Мы потерпели кораблекрушение, — начал Хоук, пытаясь решить, что же говорить дальше.
— Это как раз не стоит обсуждения, — бесстрастно возразила она.
Исход их беседы был непредсказуем, как и любой разговор с Аришоком. Ему стоило бы солгать, но… Создатель, Хоук не умел лгать в лицо кунари. Кунари были настолько прямыми и честными в самых незначительных мелочах, что хотелось отвечать им тем же. Это… как-то освежало, что ли. Он понимал, что привлекло в них Шеймуса Думара: не так уж часто с тобой обращаются в соответствии с тем, кто ты, а не что. По правде говоря, именно это не раз спасало в прошлом его шкуру.
— Мы были пассажирами «Морского конька», — продолжал Хоук. — Торговое судно, оно направлялось в Тевинтер. Капитан ошибся насчет погоды, и нас накрыла жуткая буря. Мачта сломалась, корабль развалился, мы оказались в воде. — Он надеялся, что ничего из сказанного пока не навредит ему или Андерсу. Создатель, если бы он мог узнать, что кунари с ним сделали!
— Мы нашли обломки, — кивнула женщина, — но не людей. Как вам удалось выжить?
Каковы их шансы, если он соврет? Он может погубить их обоих, если скажет правду, но будет еще хуже, если обман раскроется…
— Магия, — наконец признался разбойник. Оставалось цепляться за свою честь — кунари были единственными, кто верил, что таковая у него имеется. Даже когда Хоук носил титул Защитника, другие жители Верхнего Города шептались за его спиной: ферелденский пес, контрабандист, выскочка, считающий себя ровней дворянам…
— Нас спасла магия. Человек, которого вы нашли со мной, баз сааребаз.
Женщина ничуть не удивилась.
— Это очевидно. Воды холодны в это время года, но не настолько, чтобы вызвать обморожение. А на человеке был знак сааребаза.
Амулет; Хоук бы лягнул себя, не лежи он в кровати. Вот как рыбаки узнали, кто такой Андерс! Проклятый амулет — подарок мага-кунари, который он затем передал любимому! Амулет, который спас им жизнь лишь затем, чтобы теперь утянуть в пропасть.
— Я базваарад, — как можно увереннее произнес он. — Я в ответе за него.
Это походило на партию в кости: встряхни кубики и надейся, что выпадут шестерки. Не впервые их жизни были на кону, и не впервые он ставил так высоко, но, Создатель, он надеялся, что больше этого делать не придется… как же он ошибался.
— Все еще в ответе? — спросила женщина; похоже, ее это забавляло, если с кунари такое вообще бывает. — Мне передали, что ты заявил свои права на него. Странно слышать такое из уст база.
— И все же это правда. Я за него отвечаю, слежу, чтобы он… никому не навредил. — Хоук с горечью понял, что, в сущности, так и было. После взрыва церкви он обещал себе, что подобное больше не повторится, даже если ему придется стать сторожем Андерса — точнее, Справедливости. Конечно, узнай об этом маг, Хоуку бы не поздоровилось.
— Но ты не принял Кун, — без обиняков заметила она.
— Но разве среди тех, кто не принял Кун, нет достойных уважения? — Хоук понятия не имел, как у него хватало наглости спорить о таких вещах, но он был ранен, утомлен и взволнован как никогда прежде. Для уловок уже просто не осталось терпения.
— Лишь некоторые достойны, — ответила женщина, — но мы знаем о тебе, Басалит-ан, знаем со времен Киркволла.
— Значит Том Кослуна благополучно добрался домой. — Хоук слишком нервничал, чтобы спрашивать, что именно из его биографии известно кунари. Он вернул им гребаную книжку, но отказался отдать Изабеллу и убил на дуэли Аришока — он не знал наверняка, какая чаша на этих весах окажется тяжелее.
— Верно, — снова кивнула женщина, — но нам не выдали вора.
— Тут наши с Аришоком планы не совпали, — пояснил Хоук. Похоже, скоро он наконец поймет, что там с этими весами.
— Так говорят. Тогда скажи, Басалит-ан, сознаешь ли ты, почему он бился с тобой?
Хоук умолк на минуту, сгибая и разгибая ноющие пальцы.
— Он бился со мной потому, что должен был вернуться и с книгой, и с вором. Если бы он прикрылся своими людьми, то схлопотал бы по полной: нас не так-то легко победить. Тогда Аришок потерял бы все, упустил бы и Том, и его похитителя. Предложив дуэль, он заручился тем, что я отдам книгу, и еще надеялся получить воришку. — Хоук мог лишь догадываться, был ли он прав в своих суждениях; он просто рассказывал, что сделал бы на месте Аришока.
— Возможно, он хотел попробовать меня одолеть, — слабо улыбнувшись, добавил разбойник. — После того, что я сделал с его личными охранниками.
— Одно не исключает другого, — заметила женщина. — Но скажи, почему ты вернул Том Кослуна, раз твоя кадан украла его?
— Книга принадлежит кунари, — пожал плечами Хоук. Он сам часто думал об этом, а Изабелла прожужжала ему все уши. Их милый нескончаемый спор…
— А воровка — нет?
— Я не мог предать ее, она была — как это у вас называется — моей кадан.
— И все же она хитрила с тобой, лгала тебе и подставила тебя.
— Вы, я вижу, неплохо осведомлены, — прищурившись, ответил разбойник. — Да, все так и было, но речь не о ее долге, а о моем.
— Ты должен что-то и баз сааребазу?
— Верно, — подтвердил Хоук.
— Аришок не зря нарек тебя Басалит-аном. Ты ближе к Кун, чем думаешь.
— Он сказал мне то же. — Хоук лишь надеялся угадать, к чему все это приведет. Беседа с кунари сродни бою в тумане — лишь оказавшись на земле, понимаешь, что получил удар.
— Что ты сам думаешь об этом? — спросила женщина; ее лицо было все так же бесстрастно.
— Я поступаю так, как считаю нужным. — Хоук снова пожал плечами. — Вы знаете Кун, вы и судите.
— Так и будет, — последовал короткий ответ.
— Вот и хоро… погодите, что? — Разбойник весь подобрался; ради всего святого, во что он теперь влип?
— Ты предстанешь перед судом Бен-Хассрат.
— Значит, это был не вопрос, так? — тяжело вздохнул Хоук.
— Разве ты ответил бы иначе? — спросила женщина.
Хоук задумался на минуту и с неохотой кивнул:
— Нет, не ответил бы. — У него был один-единственный шанс выбраться отсюда живым и вместе с Андерсом, и… о, Создатель, он совсем запутался. Он нихрена не понимал этих кунари, ввязался в их игру, не зная правил, и обходного пути тут не было. Изабеллы бы точно рассмеялась и назвала его распоследним дураком.
— Я так и думала.
— Когда будет суд? — спросил Хоук; от необходимости перед чем-то представать ему делалось дурно. Лучше бы его тащили волоком, а он бы орал и брыкался… все лучше, чем добровольно совать голову в петлю.
— Когда ты поправишься, — сказала она, скользя взглядом по расслабленному телу разбойника. — Если я не ошибаюсь, на это уйдет неделя.
— И что мне делать все это время?
— Делай, что считаешь нужным. Здесь Пар Воллен, ты Басалит-ан и носишь Бассрат-кату. Мы не унизим твоего достоинства, сделав тебя узником.
— Так вот почему вы оставили мне оружие, — вздохнул Хоук.
— Потерять оружие, значит, потерять честь, — пояснила женщина.
— Да, все ясно. Что будет с баз сааребазом? — Хоук боялся спрашивать, но он должен был знать.
— Он останется в безопасном месте. Отныне его судьба зависит от твоей.
— Рад слышать. — Он был совсем не рад, но разве у них был выбор? Ничего подобного.
— Панахедан, Басалит-ан. — Она поднялась со стула и будто заполнила собой всю комнатку. — Спи и выздоравливай.
Прошло несколько дней, прежде чем Хоук отважился покинуть лазарет и проверить обещания кунари на деле. Он дождался, пока сможет ходить, а не ковылять, спотыкаясь и хромая, — ведь у него толком не осталось ничего, кроме чувства собственного достоинства. Женщина сдержала слово: ни один из его пальцев не почернел, а раны на обмороженной руке быстро заживали. Будь Андерс рядом, все болячки бы давно исчезли, но кунари использовали лишь травы и зелья. Никакой магии — слишком опасно.
Разбойник толком не знал, чего ожидал от Пар Воллена, но уж точно не такого внешнего покоя. Правда, здесь был не огромный город, а маленькое поселение на берегу, но все равно — вокруг царили мир и какое-то спокойное, упорядоченное счастье. Хоук впервые понял, что раньше имел дело лишь с преданными своему долгу солдатами или тал-васготами — и вот он оказался среди простых ремесленников и горожан. Здесь были не только мужчины-кунари, но и женщины. Все казалось знакомым и одновременно необычным: чего-то не хватало, и Хоук не сразу врубился, чего — торговли и денег. Бойкие купцы не предлагали на улицах свой товар, нищие не просили милостыню, воришки не шарили по карманам. Хоук представить себе не мог, как все это работало, но, похоже, жители изготавливали то, что хотели, или что было нужно другим, а те, другие, просто забирали необходимое. Лавки, которые он видел, скорее напоминали благотворительные фонды: вещи получали все нуждающиеся.
Деньги здесь ничего не значили, чему Хоук был очень рад, ведь весь его капитал пошел ко дну вместе с кораблем. Все, что требовалось, это носить с собой Бассрат-кату. Мало кто здесь понимал его язык, но рукояти кинжалов за спиной говорили за своего владельца — Хоук только не знал, что именно. Может, это означало, что он достоин уважения, что он «один из них»? Он мог присесть в тени в одной из уличных харчевен, рядом с другими кунари, многие из которых были людьми или эльфами по происхождению. Он получил сапоги взамен тех, что пропали в море, и смог одеться так, чтобы вновь почувствовать себя Защитником, хотя бы немного. Никто не задавал вопросов, да и сам Хоук не требовал ничего сверх необходимого. Хотеть чего-то лишнего было… как-то грубо. Дыхание Создателя, он чувствовал себя грубым — Хоук никогда бы не подумал такого о себе. Андерс уж точно бы посмеялся над ним.
Андерс… В шатании по крошечному городку была и другая цель: Хоук должен был выяснить, где держат мага. Если все кончится плохо, ему плевать, сколько кунари встанут между ним и Андерсом — он все равно проберется туда, где его прячут. Да и кого он пытался обмануть: разумеется, дело добром не кончится, все будет как всегда. Шрам на животе, где Аришок пронзил его, чудом не лишив жизни, снова пульсировал болью. Андерс залечил рану, как только дуэль завершилась, и Хоук позволил себе роскошь потерять сознание; Андерс спас его от смерти, но ощущение холодной стали внутри так и не исчезло. Разбойник оценивал встречных солдат, стараясь сравнить их с теми, что были в Киркволле. Местные воины проигрывали — с ними он точно мог справиться, вопрос только, со сколькими.
По правде говоря, он скучал по Киркволлу. Что бы ни говорили о городе, Казематы было легко найти. Здесь было куда сложнее понять, где же держат магов. К концу недели разбойник отметил для себя два возможных здания, оба с высокими стенами и хорошей охраной. Руки снова слушались его, метательные ножи попадали в цель; Хоук чувствовал себя в форме настолько, насколько мог быть в форме мужик крепко за тридцать. Проникнуть в любое из двух строений будет несложно; здесь не было замков, которые он не сумел бы открыть, а тени скрывали не хуже, чем в Киркволле. Нет, проблема не в том, как туда забраться — другое дело, как выбраться оттуда; ведь выбираться придется с Андерсом, который может быть ранен, одурманен зельями или, Создатель сохрани, изувечен. Было нелегко избавиться от этих мысленных картин: Андерс приходил к нему во сне, скованный, как сааребаз — изуродованное, немое чудовище. Хоук лишь надеялся, что никто не слышал его криков во сне.
Теперь оставалось решить, что делать: ворваться туда, поставив все на карту, или все-таки подождать и попытать счастья на суде Бен-Хассрат. Приближалась ночь, а Хоук так и не выбрал, что предпринять. Дыхание Создателя, если бы жизнь хоть иногда была не такой сложной!
Возможно, ему стоило остаться простым контрабандистом.


Хоук вздрогнул и чуть не схватился за кинжалы, когда на плечо ему легла тяжелая рука.
— Прошу, не делайте этого. — Вставая в полный рост, он с сожалением отметил, как же удручающе выглядит рядом с … кто был этот кунари — воин, или Бен-Хассрат? Разбойник не знал, кто этот мужчина, но, Создатель, до чего ж он был огромный! Вздумай Хоук сопротивляться, и богато украшенный посох за спиной кунари проломит ему череп одним ударом. Однако руку тот убрал.
— Время пришло, — голос кунари был хриплым, с сильным акцентом.
— Ясно, — почесывая шею, ответил Хоук. Значит, другого выхода не было. Интересно, кто-то следил за ним, или он просто выбрал неудачный момент? — Показывай дорогу, — немного помолчав, добавил он и в последний раз взглянул на мрачные стены. К худу или к добру, у него осталась одна попытка решить все мирным путем.

***

Кунари повел его по сумеречным улицам; народ расступался, давая им пройти — из вежливости или из страха? Хоук понятия не имел, чувствуют ли кунари страх, ведь они никогда не показывали своего испуга. Он лишь надеялся, что сам умело скрывает эмоции: Защитник Киркволла не должен дрожать как осиновый лист. Целью их прогулки оказалось большое невзрачное здание с куполом — так было принято строить в более теплых и влажных землях севера. Хоук не нашел ничего, что бы отличало эту постройку от соседних: просто еще один дом. Вот, значит, как— а он надеялся увидеть что-то более величественное.
Внутренние переходы были темными и пустыми, и, хотя ими явно пользовались, людей вокруг было не видать. Проводник-кунари нес факел; пляшущий огонь вкупе с эхом шагов в тишине создавал ощущение еще большей таинственности. Хоук был удивлен: он представить себе не мог, что кунари были способны на таинственность, не говоря уж об увертках и секретности. Оно как-то не вязалось с образом рогачей, но век живи — век учись. Ну, или хотя бы «век живи». В конце концов, пока он сталкивался только с воинами или тал-васготами, а солдатня не блещет умом, вне зависимости от расы. Это Хоук уяснил еще за свою короткую службу в ферелденской армии. Карвер неплохо туда вписался, а вот он сам… не особенно.
Было совершенно непонятно, чего ожидать в конце пути: в голове крутилось все что угодно, от тронного зала до камеры пыток. Но то, что Хоук увидел, стало для него сюрпризом: за дверью оказалась комната, больше всего похожая на общую столовую. На полу стояли длинные столы с лавками по бокам; при взгляде на кунарийскую мебель, слишком крупную для человека, Хоук чувствовал себя ребенком. Может быть, в маленьком городке не было подходящих для такой цели помещений? Возможно, кунари просто очистили и наскоро обустроили первое попавшееся — или же старались скрыть все, как могли?
Во главе стола сидели и поджидали его двое кунари. Хоук узнал женщину, которая была рядом, когда он очнулся; значит, она все же не целительница, и их беседа была допросом, как разбойник и подозревал. Похоже, он не прогадал, рассказав ей правду. Сейчас на женщине была мантия с серыми и черными рисунками — простая по покрою, но по-своему роскошная; в руке она держала причудливый резной посох. Другой кунари был хмурым безрогим мужчиной; его голая грудь была расписана геометрическими узорами вроде тех, что были на одеянии женщины. К стулу он прислонил похожий посох. Хоук решил, что это знаки местной власти или чего-нибудь подобного, как парадные мечи у воинов: тоже оружие, но не боевое.
— Шанедан, Басалит-ан, — произнесла женщина. Проводник Хоука воткнул факел в держатель на стене и занял свое место по другую руку от безрогого кунари.
— И вам вечер добрый, — небрежно отозвался разбойник. Он остался стоять: сесть ему не предлагали, да и не слишком-то хотелось. Выпрямившись в полный рост, он хотя бы не выглядел коротышкой по сравнению с остальными, да и удирать так гораздо легче — если придется, конечно. Дыхание Создателя, ему уже хотелось сбежать — погасить свет и дать деру из крепости. Можно было попытаться… но он не стал.
— Мы — Бен-Хассрат, — неожиданно мягким голосом пояснил безрогий; ха, как будто бы Хоук сомневался. — Мы здесь, чтобы выяснить суть дела и свершить суд.
— Я думал, вас будет больше, — сказал разбойник и тут же прикусил язык. Чем сильнее он нервничал, тем опаснее шутил; нужно было следить за собой.
— Троих достаточно для суда, — ответила женщина-кунари, словно Хоук не пытался разрядить обстановку, а задал закономерный вопрос. — Двое из здешних владений, третий — из правления Кунандар, — продолжала она, кивнув в сторону безрогого.
— Благодарю за оказанную мне честь, — Хоук поклонился достаточно низко, в надежде скрыть нотки сарказма. Надо же, удостоился внимания гостя из самой столицы; это было или хорошо, или совсем скверно, но по крайней мере объясняло, почему пришлось ждать целую неделю. Хоук с саомго начала сомневался, что причиной послужило состояние его здоровья. Значит, они просто ждали, пока приедет безрогий ублюдок.
— То, что произошло с тобой, поставило нас в затруднительное положение, — бесстрастно промолвила женщина. — В таких случаях полагается не принимать поспешных решений, а обращаться к тем, кто более опытен.
«В твой огород камень?» — подумал Хоук, глядя на рогатого мужчину. По лицам кунари было сложно прочесть их эмоции — сложно, но не невозможно, и разбойник начинал понимать, что к чему. Эти двое, рогач и женщина, были напуганы до смерти и нихрена не знали, что с ним делать. Вот почему они послали за вышестоящим: чтобы тот решил за них. Странно, но Хоук испытал огромное облегчение оттого, что он не единственный здесь чувствует себя не в своей тарелке.
— Я к вашим услугам, — со слабой улыбкой произнес разбойник.
— Правда? По твоим показаниям этого не скажешь, — заметила женщина.
— Это фигура речи, — вежливо пояснил Хоук.
— Которую я собиралась использовать как доказательство, — последовал сухой ответ.
— Ладно, буду выражаться точнее, — поморщившись, сказал разбойник. «Нужно быть начеку, раз она такая умная — вот только хорошо это или плохо?»
— Нам известны ваши прежние деяния, — вмешался безрогий, — речь идет о вашем будущем. Вы претендуете на права, которые имеют только принявшие Кун, и никто другой.
— Да, претендую, — согласился Хоук. Если придется делать ноги, безрогого надо уложить первым — в нем чувствовалась неясная угроза, от которой у разбойника внутри все сжалось.
— Басалит-аном нарекли тебя, ты достоин права высказаться, — тихо промолвил безрогий, соединив огромные ладони. — Скажи, если бы тебе вместе с подопечным дали уйти, что бы вы сделали?
— Думаю, нашли бы корабль и отплыли в Ривейн. — Хоук старался не дергаться, но он не мог быть столь же непоколебимым, спокойным, как его судьи. — Потом нашли бы другой, в Тевинтер. Наша задача слишком важна, чтобы отклоняться от курса. — Дыхание Создателя, ну не дурень ли он?! Признаваться кунари в том, что, освобожденный, он бы направился к их лютым врагам… но что поделать, раз это была правда.
— В Тевинтер, — мягко повторил безрогий. — Странный выбор для того, кто величает себя базваарадом.
— Мы не друзья Тевинтеру, — заверил его Хоук. — Мой баз сааребаз — не маг крови. Но лишь там можно найти ответы, которые нам нужны.
— И ты желаешь рискнуть, отправившись туда за ответами? — недоверчиво спросила женщина.
— Аришоку не нравилась жизнь в Киркволле, но он все же оставался там. Порой нужно поступаться собственными желаниями ради правильной цели. — Разбойник с трудом сдерживался, чтобы не вытереть вспотевшие ладони; он был мокрым как мышь, и не только из-за местной влажности.
— Тогда скажи, что заставило вас покинуть выбранную родину? — спросил безрогий.
— А, это… ну, разгорелась война, — начал Хоук; он понятия не имел, что говорить дальше. — Скорее всего, эта война охватит весь юг. Нам пришлось уехать… — «Создатель, прости меня, если я допускаю ошибку» — … потому что это он ее развязал.
— Баз сааребаз. — Это было утверждение, а не вопрос.
— Да. — Хоук уже все рассчитал: сделать два шага до стола, перепрыгнуть через него, вонзить кинжал в шею безрогому. Затем кувырок, вспороть живот рогатому, который будет как раз подниматься на ноги, и зарезать женщину. Все трое сидели за столом, у разбойника было преимущество; потом оставалось положиться на быстроту ног.
— Каковы были его причины начать войну? — произнесла женщина-кунари. Теперь это вправду звучало как вопрос. Но ведь они уже должны были знать ответ… или это какая-то проверка? Хоук мог лишь догадываться, пройдет он ее или провалит.
— Он противился законам церкви и ордена храмовников, — наконец ответил разбойник; только бы его трактовка событий не погубила их обоих. — Противился тому, как они обращались с магами. Он взорвал здание церкви, убил Преподобную Мать и… ну, а я убил рыцаря-командора. Нам не особенно-то предлагали остаться. — «Создатель, мы вправду выглядим как пара отчаянных революционеров». Озлобленный маг, который строчит в Клоаке свои манифесты, и сорвиголова из Верхнего Города, любящий подразнить храмовников — вот как он привык думать. Эх, старые добрые времена…
— И ты просишь нас выпустить на свободу такое опасное существо? — В голосе безрогого не звучало осуждение — всего лишь любопытство.
— Я беру на себя ответственность за него, — заявил Хоук; промокшая от пота рубаха под легким кожаным доспехом липла к спине.
— А как бы ты поступил на нашем месте? — Теперь все трое кунари буравили его взглядами. Хоук чувствовал себя как мышь, пойманная в мышеловку.
— Я… — «Создатель, прости меня за это!» — Я бы не отпустил его. — На их месте он поступил бы именно так, но Хоук был по другую сторону баррикад. Когда же наступит момент обнажить клинок и закончить этот спектакль?
— Ты Басалит-ан — воин, а не Бен-Хассрат, — мягко пожурил его безрогий. — Пути Кун куда сложнее, чем ты можешь себе представить.
— Но баз верно говорит, — хрипло промолвил рогатый кунари. — Убейте баз сааребаза, отпустите Басалит-ана. Его место среди нас, он должен принять Кун.
— Он возложил на себя ответственность, какую добровольно не принимал еще ни один баз, — возразила женщина. — Он был честен даже тогда, когда выгоднее было бы лгать. Я предлагаю отпустить их обоих: баз сааребаз — меч у горла наших врагов. А этот, — она кивнула на разбойника, — скоро поймет, какую глупость совершил, и тогда вернется к Кун.
— Э-эм-м, вы уверены, что хотите обсуждать это при мне? — вмешался тот.
— Да, — твердо ответил безрогий; он встал, оперся ладонями о стол и наклонился вперед, сверху вниз глядя на Хоука. — Ты должен слышать все, чтобы понимать, какой груз собираешься взвалить на себя.
— Тогда давайте, взваливайте, — и Хоук шагнул вперед. — Люблю смотреть фактам в лицо. — «А еще люблю вонзать нож в спину», но этого им лучше было не знать.
— Очень хорошо, — кивнул безрогий; остальные двое уже высказались. — Ты будешь освобожден, и твой баз сааребаз тоже.
— Но… — Хоук был готов возражать прежде, чем до него дошел смысл сказанного. — Что, правда?..
— Война между вашими магами и церковью вскоре захлестнет юг. Все увидят опасность, о которой мы предупреждали, все поймут, как вредна магия. Народ будет сопротивляться, но ваша церковь не сможет дать им ответов — только сильнее сожмет свой кулак.
Чем больше Хоук слушал, тем больше подозрений испытывал. Кунари все знали, а раз так, что-то здесь нечисто.
— Гаатлок… — разбойник не верил собственным догадкам. — Это был гаатлок, вы дали ему рецепт проклятого пороха! Вот что он использовал, чтобы взорвать церковь! — Но знал ли об этом Андерс? Хоук понятия не имел, да и магу, скорее всего, это было бы безразлично.
— Средство было доступно ему, — подтвердил безрогий.
— Но… гаатлок в руках баз сааребаза? — Разбойник совсем растерялся. Кунари хранили свои тайны как зеницу ока; теперь он не выберется отсюда живым, не так ли? Но ведь они уже обещали отпустить их… Создатель, да что тут происходит?
— Мы полагали, что риск оправдан. Мы не предвидели, что баз сааребаз выживет после той катастрофы. Степень вашего вмешательства…была недооценена.
Хоук выругался сквозь зубы; он больше не мог стоять спокойно и принялся шагать туда-сюда, гневно жестикулируя:
— Мы думали, за происшествиями в Киркволле стоит Тевинтер, а не… — А не кунари, которые все и подстроили. Кто — наемники, таарбазы, шпионы? У кунари вообще есть шпионы, допускают ли они ложь ради правды?
— Но почему? — наконец перестав метаться, спросил разбойник.
— Война была остановлена, но наш путь неизменен. Нужно было сделать что-то, чтобы выйти из тупика.
— Юг… вы устраиваете там бойню, чтобы иметь преимущество перед Тевинтером? — Хоук машинально провел рукой по волосам. Он ушам своим не верил.
— Нет, — поправил его безрогий. — Мы хотим подчеркнуть угрозу, которую представляет магия. Люди сами сделают выводы, какие пожелают.
— Дыхание Создателя… — прошипел разбойник; перед таким размахом он чувствовал себя жалким испуганным карликом. — Зачем вы мне это говорите?
— Потому что ты Басалит-ан. Ты должен знать, какой груз берешь на себя.
— Если я уйду, то смогу рассказать людям… — начал он.
— Верно, но станут ли они слушать?
— Я… не знаю, — признался Хоук. — Скорее всего, нет.
— Мы тоже так думаем. Все зашло слишком далеко, слова уже бессильны. Базы суетливы и суеверны, они не внемлют голосу разума. Они будут сражаться, и будет война.
— И вы отпускаете меня… нас обратно, в самое пекло?
— Мы верим: в конце концов, ты сделаешь выбор: примешь Кун и станешь нашим союзником, — безрогий произнес это с такой уверенностью, будто знал Хоука вдоль и поперек.
— А Андерс — баз сааребаз? Что будет с ним? — Хоук уже перестал бояться. Речь шла уже не о том, выживет маг или умрет — они всего лишь пешки в игре, которую он только начинал понимать.
— Он залог этой войны. Освободить его — все равно, что разжечь маленький костер и остановить пожар, — безрогий был убежден в своей правоте, а вот рогатый кунари явно не одобрял такого решения.
— Ясно, — Хоук был утомлен, опустошен. Вот, значит, как чувствует себя муха, попавшая в сети к пауку. Он думал, что Ведьма Степей с ее болтовней о пропасти, переменах и мире на грани войны, слегка тронулась умом. Он не хотел вникать во все это, не хотел знать о том, как их всех одурачили; от таких знаний становилось только хуже. Хоук полагал, что, приняв сторону Андерса в его восстании, он «отважился прыгнуть», но теперь ни в чем не был уверен. Падал ли он, или летел, или вот-вот разобьется о скалы, превратится в кровавое месиво? Гребаные ведьмы с их тайнами и пророчествами… но разве у него был выбор? Нельзя опускать руки и сдаваться без боя.
— В качестве услуги он никому не раскроет формулу гаатлока, — со вздохом поражения произнес Хоук.
— Базу сааребазу нельзя доверять! — усмехнулся рогатый.
— Зато мне можно, — твердо парировал разбойник. Рука уже легла на кинжал… дыхание Создателя, нет, он не может этого сделать. Идея о бегстве на необитаемый остров казалась все более привлекательной…
— Тогда решено, — кивнул безрогий кунари. — Суд объявляет тебя базваарадом, и баз сааребаз будет отпущен под твою опеку. Вас посадят на корабль, идущий в Ривейн — там вы сможете переправиться в Тевинтер. Вас снабдят всем необходимым для путешествия.
— Снабдят всем необходимым? — переспросил удивленный разбойник.
— Вам понадобятся средства, — пояснила женщина.
— Вы… оплачиваете мой путь в Тевинтер? — Хоук покачал головой; теперь он окончательно запутался.
— Ты базваарад, — последовал ответ.
Как будто этого было достаточно. Но Хоук понял, что других объяснений не будет: решение принято, кунари обо всем позаботятся. Единственная причина, которая приходила на ум, — он нужен им в Тевинтере. Но чего ради, и стоило ли сейчас об этом волноваться? Пожалуй, не стоило.
— Когда мы отплываем? — наконец спросил разбойник.
— На рассвете. Мы не желаем держать баз сааребаза здесь дольше, чем нужно.
— Значит, на рассвете, — повторил Хоук. Во имя Создателя, сможет ли он сегодня вообще уснуть?

@темы: Хоук(m), Фенрис, Фанфик, Изабелла, Андерс, Cлэш

Комментарии
2011-12-15 в 01:32 

Roeune [DELETED user]
очень интересный фик взялись переводить... *_* очень понравилось!
с нетерпением жду продолжения! *______* надеюсь будет таковое? ^^'

2011-12-15 в 09:40 

Rabastanka
На ботах шпорами бряцая, на бал ввалился государь
Roeune, я тоже надеюсь, что будет, но нескоро, по нескольким причинам.

2011-12-15 в 18:37 

Roeune [DELETED user]
Rabastanka,
все равно, будем ждать (,

   

Sword-Slashed: Games of the Real Men

главная